Иллюзия.

  Мы живём в мире иллюзий. Нам слишком многое кажется привычным, но от этого не становится похожим на правду. 

  Мы все — вечные странники. Даже те, кто никогда и никуда не уезжал. Вы не сможете остановить время, а это самая бесконечная дорога. Ваш город меняется, меняет имена, вы его и сами не сможете узнать. Да и себя самого не узнаешь. Мечты о постоянстве — мираж.

  В мире нет темноты. Есть только бесконечное звёздное небо. Голубой цвет — только оптический обман атмосферы, а ночь — только тень, и притом ничтожно малая. В космосе нет тьмы, никого не сможет она поглотить. 

  Но мы продолжаем верить иллюзии.

Комментариев: 3

Планы.

   Все мы когда-то о чём-то мечтали, прекрасно понимая, что ничего не сбудется. Строили вполне реалистичные планы на будущее, которые не сбылись. А сколько раз в нашей жизни происходило самое невероятное, что ни в каком сне не представишь? А это ведь постоянно. Все наши планы рушатся при первой же попытке реализации, а что взамен? Что-то, о чём даже не снилось. Не то, чтоб это было хорошо, или плохо; то есть и так бывает, и часто. Но чаще — ни хорошо, ни плохо, а просто есть. Так бывает.

Комментариев: 2

Неожиданность.

   — Вот так неожиданность! — почесал в затылке Вильям Дмитриевич Сухобылкин, испортив утренний труд парикмахера. — И зачем я стригся? -

   — Кто ж знал, — проворчал в ответ Нифонт Евгеньевич Тарасенко. — У меня, между прочим, ещё со вчерашнего дня три сделки на столе лежали. Где он теперь, тот стол? -

   — Бумаги не наши, а фирмы, — Сухобылкин одёрнул модные брюки в облипку, поправил пиджак. — Верно, уже за ночь вынести успели. -

   — Куда это годится? — поёжился Тарасенко — он надел рубашку с коротким рукавом, теперь мёрз по утренней прохладе. — За одну ночь… Пиджак не дашь? -

   — Паршивому поросяте и на петровки холодно, — отозвался Сухобылкин. — Готовиться надо ко всему. -

   — Ко всему не приготовишься… Кстати, а Ксюха где? -

   — Может, ночью предупредили? Или убили? -

   — Хватит шутить! -

   — Значит, предупредили. А может — проспала. -

   — Удачно проспала! — Тарасенко оглядел бывший офис, который теперь рабочие усердно переделывали в магазин.

   — Удачно убили. -

   — Так, пойдём отсюда. Стоим, что погорельцы на руинах. Трудовые книжки на руках. -

   И два менеджера побрели по оживающей утренней улице.

   — Ксюша?.. Ты?? -

   — Простите, шеф не сильно ругается? Понимаете, мне вчера вечером предложили работу в мэрии, заместителем департамента… Как-то неожиданно вышло. -

   Воцарилось неловкое молчание.

   — Ты сейчас свободна? — окончательно испортил причёску Сухобылкин.

   — Нет. К вечеру. -

   — Встретимся. Обмоем эту неожиданность. А то у меня что-то голова кругом. -

Комментариев: 0

Дороги.

   Дорога уходит между холмов, чтобы скрыться за поворотом. Когда-то давно это было скоростное шоссе; теперь же асфальтовое покрытие растрескалось, местами пошло глубокими трещинами, волнами; трва, цветы, а то и мелкие деревца пробивают себе путь к солнцу, расширяя щели; следить за дорогой некому, да и незачем. Но по средней части тянется тропа. 

   День и ночь путники бредут со своими пожитками; по остаткам дороги идти удобнее, чем по целине, по лесной чаще, хотя лес и старается поглотить чужеродную нить, и корни близких деревьев приподняли дугой боковое ограждение, взломали покрытие. Кто-то идёт днём, чтобы выспаться ночью у костра; кто-то идёт по темноте, ибо днём жарко; некоторые идут в рассветные и закатные часы. На привал ютятся в тоннелях, под каплями, падающими со сводов; но это лучше, чем когда хлынет ливень. Ютятся и под мостами, что сейчас только человека и могут выдержать — с просевшими пролётами, дырами в покрытии.

   Около старых путепроводов путники стоят в нерешимости. Ржавые рельсы, почти скрытые в густой траве, но с тропой посерёдке. Железная дорога более прямая, без серпантинов, с плавными поворотами, подъёмами, спусками, не чета бывшему шоссе. Но шпалы — по ним идти тяжело. И переступать рельсы на стрелках. 

    — А долго ли идти? -

    — Кто знает… -

    — А куда вообще идём? -

    — Говорят, там ещё с прошлых лет почти ничего не изменилось. -

    — Брешут! Кабы так — чесали б мы сейчас пешедралом? -

    — Да кому ты нужен! Персонально за тобой посылать. Ничего, дойдёшь. -

    — Дойдём, положим. А дальше что? -

    — Заживём, как в сказке? -

    — Никто не видел. Может, похуже, чем у нас. А может, что и нет ничего. -

    — Дурные вопросы… Как дойдём, так увидим. -

   И снова идут путники — кто под палящим солнцем, кто по утреннему холодку, кто по вечерней прохладе, а кто и ночью. Мимо спящих на привале, мимо обедающих. 

  Вроде бы в конце пути должно стать лучше. Но никто этого не видел. И никто не возвращался.

Комментариев: 0

Мастерство.

  — Можете мне объяснить, чем профессия отличается от искусства? — заметил старик в старомодном костюме, с зелёными волосами и бородой. — В чём отличие гения от ремесленника? -

    — Гений делают штучную работу, ремесленник — серийную, — лениво пробормотал сосед по скамейке, в спортивном костюме, с седой хипстерской стрижкой, и зевнул.

  — А в чём разница между серийной работой и штучной? — не унимался первый.

  — Подумай над этим. -

  Небо закрыто серыми тучами, но с северной стороны, в просветах, видно ярко-голубое небо, и оттуда льётся свет на старый парк. 

    — Есть ли искусство дворника? -

    — Есть, — отвечает спортивный костюм. — Это точно есть. В любой профессии есть свои гении. -

    — А в профессии карманного вора? Или квартирного? Киллера? Проститутки? -

    — Даже у профессиональных мастеров пыток. В какой-то мере это тоже искусство. -

    — Разве? Разве это не будет простым профессионализмом? -

    — Есть мастерство, нарабатываемое годами. А есть то, что никто не сможет повторить. -

    — Можно ли зло считать искусством? -

    — Сначала нужно определить, что есть добро и что есть зло. И определить невозможно. -

    — Полнейший релятивизм! Оправдать можно всё. -

    — А к чему вот этот наш спор? — поворачивает голову спортивный костюм. — Просто разминка языка. Никакого практического применения. -

    — Кто знает, что будет завтра… Может быть, что придётся решать именно этот вопрос. А времени на раздумья уже не будет. -

    — В любом случае — жизнь подбросит вопрос, который не продумывали. -

   С этими словами седой встал и пошёл по дорожке. Зелёный некоторое время смотрел вслед. Потом направился в другую сторону.

   - 

Комментариев: 4

Корреспонденция.

  Любите ли вы читать старые письма, как люблю их читать я? Как быстро время летит… И жалобы снобов на то, телевизор заменил книги, а телефон — конверты. Где теперь тот стационарный телефон в квартире? А таксофонная будка на улице? Разве что в брошенных городах, где ничего разворовать не успели. По причине опасности для жизни. А телевизор? Антенна на крыше, что надо строго сориентировать на телебашню. Шесть программ (хе-хе, всего две!). Гуглите в Яндексе, кидайте СМС. В подъезде иногда сохраняются древние почтовые ящики — государственные учреждения весьма неповоротливы. Иногда это полезно. Бумага с печатью имеет больший юридический вес в суде, чем файл в электронной почте.

  Но я отвлёкся, верно? Письма. Открытки. Телеграммы. Как же быстро мы умеем забывать! Столько скелетов в стольких шкафах… Клятвы в любви ненавидимым нынче, проклятия сегодняшним любимым. Давно скрытые под слоем пыли эпизоды. Не бойтесь, это не только о нас. Это и о других. Обоюдоострое оружие. Любой удар получит гарантированный ответный удар. Поэтому лучше промолчать. 

   Автоматически проверяю почтовый ящик в подъезде. Ящик, до сих пор запираемый на ключ. Притом, что в лохматые времена это не спасало от вандалов, а сейчас он просто никому не нужен.

Комментариев: 18

Простота.

  — Послушайте… Я ведь не хотел. -

  — Бросьте! Мир делится на садистов и мазохистов. Вторые становятся творцами, первые — критиками. Первых на порядок больше. -

  — Постойте… Но как же те, кто постоянно восторгаются чужим творчеством? -

  — Это вуайеристы. Их немного. -

  — А кому всё равно? -

  — Это критики. Лишь способ показать малозначительность творцов. Что ты там вообще делаешь? Мне до лампочки. -

  — А творец и критик в одном лице? -

  — Догадайся. -

  — Садо-мазо? -

  — Уникальная догадливость. -

  — Но в чём же смысл? -

  — Смысл придумываешь сам. Или заимствуешь у другого. А без смысла, как догадываешься, невозможно. -

  — Чтобы выделиться из толпы? -

  — Толпы нет. Есть личности. У каждой из них свои цели и мотивация, даже если она и в куче других личностей. И вообще, не стоит докапываться до истины. Не ровен час — докопаешься. -

Комментариев: 8

Неразрешимый вопрос философии.

   Михаил продолжает с надеждой вглядываться в поворот дороги, как будто можно ещё хоть что-то изменить. Потом поправлчет пальто, непонятно зачем, проводит рукой по волосам. И опять ходит взад и вперёд по остановке. И чего дальше мёрзнуть? Можно спокойно уходить домой. Всё.

  Но снова и снова надо мерить ногами асфальт. И уезжать заранее. Теперь… Когда уже поздно. Автобус не пришёл, видимо, поломался. Следующий приходит слишком поздно. Такси вызывать тоже поздно. А значит, на рейс Михаил опоздал. Следующий самолёт прилетит уже к окончанию фестиваля.

   Можно, конечно, себя утешить. Что самолёт всенепременно разобьётся, и нынешняя неудача, на самом деле, спасла жизнь. Можно ещё придумать, что сейчас, на этой промозглой осенней остановке, Михаил вдруг встретит любовь всей жизни. Или найдёт миллион долларов — тоже полезная вещь в хозяйстве. Но текут минуты, регистрация на рейс в аэропорту уже подходит к концу, а автобуса так и не видно, равно и любви всей жизни, и мешка с деньгами. И самолёт не упадёт, а благополучно долетит до места.

   Ещё раз оглядеть дорогу. Всё, кроме автобуса. Пора. Так бывает.

Комментариев: 2

Подарок.

  Дед Мороз тряхнул плечами, освобождаясь от налипших на шубу снежинок, хитро усмехнулся в бороду, ткнул большим пальцем в рукавице в кнопку звонка. Звон долетел из прихожей на лестничную площадку, смешиваясь с редкими пока залпами петард на улице. Шаги. Кто-то подошёл с другой стороны двери, всё стихло. В глазок глядит. Ладно, пускай глядит. Щёлкнул замок, звякнула цепочка, дверь отворилась. 

    — Подарок принесли? -

   Хлыщ очкастый. Ни тебе здравствия, ни приглашения пройти. 

    — Да, принёс. Бутылка рома, почти литр. -

    — Простите… — лицо в очках кривится. — Я не пью. -

    — Нет, пьёте. Даром я, что ли, подарок вам принёс? -

   Хлыщ ахнуть не успел, как был скручен, свален на пол. Пробка вылетела, горлышко бутылки воткнулось в разжатые челюсти. Давай, по глотку, по глотку… Пролилось немного, ничего… Оставив бутылку рядом с телом жертвы Дед Мороз вышел из прихожей на площадку, закрыв дверь за собой дверь. Следующая квартира. Звонок. Хлопанье петард. Дверь распахивается сразу.

  — О, заваливай, дедушка! -

  Жиряк в очках. Где таким манерам учился?

  — Тепло у тебя! -

  — Ничо, не растаешь! Сейчас повеселимся… -

  Это ты прав.

  — У меня вам подарок. Путёвка на Сейшелы. -

  — Ну-у… И чо я там забыл? -

  — Соизвольте отправляться. Даром я, что ли, раздобывал? -

  Жиряк ахнуть не успел, когда рукавица зажала ему рот, вторая рукавица ухватила за запястье, выкрутила руку за спину. Жертву выволокли на площадку, стащили вниз по лестнице, затолкали в машину. 

   Дед Мороз утёр пот со лба, поднялся обратно. Глянул в мешок.

    — Так, тех, что полегче — уже одарил. Теперь — серьёзнее. -

   В мешке сверкали золотыми корешками тома научных трудов, поблескивали студенческие билеты и зачётки, толстенные тетради для конспектов. сквозь бороду сверкнула такая улыбка, что и сами стены вздрогнули. Дедушка закинул мешок за спину, и пошёл на следующий этаж.

Комментариев: 15

Постижение.

  Старик с длинными седыми волосами, сверкающей в утренних лучах лысиной, белёсой бородой, в изношенном балахоне, стоял у мольберта, приглядываясь к рассветным краскам за мгновение до восхода. Редко кто в эти летние часы бодрствует; ещё меньше — наблюдающих за рассветом. Но на крыше многоэтажки сейчас несколько человек, что пришли посмотреть на старого мастера за работой; а он уже привык, очень давно, и к праздному любопытству, и к робким любительским попыткам понять суть творчества, и к ученическим стараниям, и к настырности не очень сильного ума взобраться на недосягаемую высоту.

    — Нет… — безвольно опустилась рука старца, крепко держащая кисть. — Не то. Оттенки не те. -

    — Но ведь это прекрасно! — восторгся кто-то из зрителей. — Непередаваемо! -

    — Да. И вместе с тем — халтура, — старец продолжал внимательно вглядываться в зарю, словно хотел узреть и в мгновение ока вырвать тайну. — Я вижу злесь столько явных ляпов, что сжечь впору. -

    — Но послушай нас… Не сжигай. -

    — Нет. Конечно нет. Но я ведь слушал многих. Сначала я писал так, что восхищались завсегдатаи выставок. По молодости лет это мне немного льстило, но не в том смысл. Потом ошибки перестали видеть и более искушённые ценители. -

    — А спросить совета у критиков? -

    — Они находят ошибки, которые являются и замыслом автора. В их воображении есть некий идеал картины. Я и сам к этому идеалу хочу приблизиться! Но… Их идаел мёртв. Насколько и правилен. -

    — А у других мастеров? -

    — У них та же проблема, что и у меня. И у них свой мир. Что они мне скажут? Что я не могу писать, как они? Да это и невозможно. -

   Старик закончил говорить. Потом вздохнул. 

    — Завтра я попытаюсь снова. Если не будет дождя и туч. -

    — Но ведь ты уже стар! Что, если завтра не будет? — снова спросил кто-то из зрителей.

    — У меня есть сейчас. И сейчас картина не вышла. -

   Художник принялся собирать свой интрумент. Зрители потихоньку подались к выходу, хотя кто-то ещё не решался уйти. Над горизонтом поднимался красный диск солнца.

Комментариев: 0
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 ...